По утряночке

Много лет назад обсуждали с Иваном Климовым всякие особенности, способы и приёмы ведения углублённых, или фокусированных, и вообще целенаправленных содержательных интервью.

Иван легко, как всегда, бросил реплику, которая надолго стала для меня основополагающим принципом при ведении таких интервью.

Я запомнил её так: «Респондент всегда говорит правду. Даже две правды – о том, о чём ты его спрашиваешь, и о самом себе. И твоё умение слышать и понимать как раз в том и заключается, чтобы различить в его словах, где он говорит правду о себе, а где – о предмете вашего разговора».

Из этого я когда-то сделал вывод, что я, интервьюер, существую в той степени, в которой я смогу (в разговоре или потом, обдумывая, что я услышал) увидеть и понять правду другого, даже иного человека.

Сейчас до меня начинает доходить, что вывод этот - не несомненен.

Но. 

Сказано (о 25 января)

Заметка Владимира Емельянова:
25 января вообще удивительный день. Сегодня родились такие люди, которые являются образцами недосягаемого совершенства в своем деле.

В науке - Илья Пригожин, создатель синергетики. То есть учения о том, что все неравновесно, хаотично и фиг его знает куда пойдет.

В прозе - Вирджиния Вулф, годы жизни которой, кстати, совпадают с годами Джойса - еще одного мастера потоков сознания. И Виктор Шкловский, которого тоже уносило в потоки.

В поэзии - Роберт Бернс и Владимир Высоцкий. Оба свободные песенники и герои своих народов.

В философии - Константин Леонтьев, мастер свободного полета в сторону несвободы.

В музыке - величайший дирижер прошлого столетия Вильгельм Фуртвенглер. Прославился медитациями во время выступлений.

И даже в революции нашелся деятель, сыгравший исключительную роль во всем, что случилось с Россией после 1905 года. Герман Лопатин, переводчик "Капитала" на русский язык, один из немногих русских собеседников Маркса. Помимо Маркса, Лопатин также перевел основные сочинения Г.Спенсера и книгу о Дарвине. Библиотека русского материализма фактически создана им.

В общем, 25 января это день неравновесной термодинамики и потоков сознания. И потому родившиеся в нем хотят какого-никакого порядка. Что в конечном счете и объясняет их консерватизм.

Удивительные бывают суеверия

Скажем, если разность нынешней даты и даты какого-то прошлого события заканчивается на нолик (или, в крайнем случае, на пятёрку), то полагается вспоминать это событие, осмыслять его, обсуждать и делать прочие телодвижения.
А в иные годы, когда разность на нолик уже не заканчивается, полагается ламентировать по поводу того, что эх, мол. Упустили время, дескать, тетери. Жди теперь, когда снова нолик выпадет.

Из обсуждения подзамочной записи в ФБ: об ответственности и вине за былое и прошлое

 Тривиальный коммент:
..............
Если действительно следует разобраться с прошлым (вернее, с былым), то следует соблюдать некую дисциплину и гигиену ума и рассуждений.

Скажем, до обсуждения вопроса о том, "что делать", следует поставить и решить, елико возможно, вопросы о том, что именно происходило, почему происходило, кто какие ставил цели и проч. Т.е., описать ситуацию, держась подальше от публицистики и желания покопаться в мозгах у ближнего.

Кроме того (а реально - всегда) следует иметь в виду "опасность имени Марка Ферро", т.е., опасность, связанную с языком, на котором описывается обсуждаемая тема. Самый простой пример: нечувствительно вместо оборота речи "ответственность за событие" употребляют "вина за происшедшее". И всё, дальше мозги становятся перпендикулярно, и с человеком можно делать всё, что угодно.

И, конечно, следует как можно больше обсуждать такие темы в общественном диалоге (не путать с т.наз. "конфронтирующими монологами", т.е., с омерзительными постановками вроде ток-шоу, у которых цель одна - подсадить потребителей на повышенный уровень адреналина).

В общем, это такая общественная работа, которая в лучшем случае, при максимально открытом обществе, занимает не менее двух-трёх поколений (см. историю общественной мысли самой что ни на есть подходящей для этого страны - Соединённых Штатов Америки). В странах Европы ситуация разная, но отстающая от США.

У нас же вообще всё только начинается, но у нас и стартовая-то точка особая, сравнивать с другими странами трудно.

В любом случае эта работа с общественным сознанием у нас только впереди, и займёт она несколько десятков лет.

И запросто может не удасться.
.................

Из невнятного

Выпил кофе, и стала душить какая-то просто сатанинская злоба.

Что ж это я такой ленивый?

Почему до сих пор не организован отряд по уничтожению непонятно откуда пришедшей на нашу многострадальную землю заразы, а именно употребления слов "круто" (-ой, -ая, -ое, -ые) и "прикольно" (-ый, -ая, -ое, -ые)?

Неужли только потому, что никто не знает, как бороться с дистинктивным синдромом и носить с погоста?

Что же получается: если не знаешь, как можно что-то уничтожить и что будет потом, так сразу и не уничтожать, что ли?

З-зараза.

Сам же и сказал (о беллетристике в широком смысле слова)

В фейсбуке по утряночке

... Я думаю, что правильнее было бы всегда предполагать, что ты читаешь (или смотришь) фантазию на какую-то историческую тему. Или любую другую.

Т.е., автор что-то узнал из истории, или психологии, или палеонтологической математики, впечатлился, размечтался и что-то такое представил. И воплотил, пытаясь то ли доразобраться до конца, то ли показать себе и другим, какой он удалец и мастер.

А мы это смотрим, или слушаем, или даже читаем, и балдеем: "Во даёт!". И думаем уже что-то своё, и придумываем, как бы мы могли бы такое намечтать.

Короче говоря, художественный впечатлительный эффект - это наше всё.

Тем же, кто сидит по ту сторону экрана, или репродуктора, или хотя бы той же книги, и всему внимает - можно от всей души посоветовать не валять дурака.

Не ищи Баб-эль-Мандебский пролив на карте, короче. Нет его там, он в другом месте.

Кстати, надо бы перечитать "На дне" и вслух произнести что-нибудь из отой Насти. Очень хорошая пьеса, кстати. Прям всё про нас.

Из "Школьного Плутарха" Г.Г. Хазагерова, часть 3

Часть 3:
В первом классе второгодник Тынзин курил папиросы, во втором – сигары, в третьем – кальян. В шестом классе второгодник Тынзин женился и получил работу на осень.
***
Однажды первый класс согнали на викторину. Первую премию получила Лида Голишникова, которая ответила на самый трудный вопрос: «Назовите картину, на которой изображен царь, имя которого созвучно погодному явлению, которое любил Федор Иванович Тютчев в начале мая. Подсказка: там же изображен покойный родственник царя». В качестве премии Голишниковой вручили подарочное издание Лессинга «Лаокоон, или о границах живописи и поэзии». Вторую премию получила Лисухина. Ей вручили заставку к отрывному календарю «Невежественная толпа терзает Гепатию». Обеим девочкам Виктор Семенович энергично тряс руку, а Голишниковой даже вывихнул.
***
Однажды Людмила Борисовна по ошибке привела в школу сумасшедшего. Его вели на рентген головы, а Людмила Борисовна шла через мединститут, чтобы сократить расстояние, так как длина гипотенузы неизбежно меньше суммы двух катетов. Больной увязался за ней, а медсестра продолжала маршрут в одиночестве. Придя в школу, сумасшедший обнаружил способность устно перемножать четырехзначные числа. Только делал он это с ошибками и, назвав произведение, всякий раз разражался диковатым хохотом. Впоследствии он оказался одним из двух братьев гениальных идиотов, о которых писали в газете. За Людмилой же Борисовной он пошел, потому что учился с ней в одном классе.
***
Алла Григорьевна и Эльвира Савельевна
Синхиризис
[Spoiler (click to open)]Алла Григорьевна и Эльвира Савельевна преподавали русский язык и литературу. Алла Григорьевна ненавидела литературу, а Эльвира Савельевна – русский язык. У Эльвиры Савельевны была образцовая дисциплина, а Аллы Григорьевны – нет. У Эльвиры Савельевны был красивый почерк, Алла же Григорьевна могла проводить диспуты на тему «Быть равнодушным к равнодушным – это равнодушие?» Эльвиру Савельевну ученики боялись, а Аллу Григорьевну терпеть не могли. Эльвира Савельевна спрашивала: «Голову дома забыл?» А Алла Григорьевна говорила: «Не слышу текста!» Эльвира Савельевна любила писать красной ручкой: «Тема не расскрыта – два!»; «Много стиллистических ошибок – два!» Алла же Григорьевна любила говорить про абстрактный гуманизм. Обе настойчиво отрицали наличие в русском языке слова «гуманность» на том основании, что уже имеется слово «гуманизм». Алла Григорьевна особенно ненавидела Льва Толстого, а Эльвира Савельевна – Аллу Григорьевну.
***
Марьяна Ильинична преподавала литературу. В отличие от Эльвиры Савельевны она была грамотной, а в отличие от Аллы Григорьевны любила читать. Но однажды она совершила педагогическую ошибку. Желая показать детям красоту тургеневского слога, она стала читать вслух рассказ «Муму», начав неспешно: «В одной из отдаленных улиц Москвы, в сером доме с белыми колоннами, антресолью и покривившимся балконом, жила некогда барыня, вдова, окруженная многочисленною дворней». Вскоре, однако, она поняла, что зачиталась и близится то роковое место, когда к соблазну класса следовало прочесть: «Собака оказалась сучкой». Несчастная Марьяна Ильинична набрала в грудь воздух и решила встретить неизбежное с открытым забралом. Звонким голосом, не глядя в книгу, она произнесла: «МУМУ БЫЛА СУКА». Громоподобный смех не смолкал до конца второй смены. Виктор Семенович был очень недоволен, и с тех пор Марьяну Ильиничну разжаловали в учителя начальной школы. Там она столкнулась с новой трудностью. Будучи городским жителем, она вынуждена была рассказывать про борону, борозду и гумно. В двух первых случаях школьники, тоже городские жители, уверенно использовали проверочное слово «баран», вследствие чего делали ошибки. В третьем же случае повторилась история с Муму.
***
Перед годовыми сочинениями во вторую смену появляются в школе призраки Трояна и Драбы. Ученики пытаются узнать у них темы выпускного сочинения, но они отвечают дьявольским смехом и исчезают в темных коридорах, окурив себя табачным дымом.
***
Однажды Алла Григорьевна проводила сбор металлолома. Результат ее сильно озадачил. Отличница Гершелевич принесла только канцелярские скрепки, а отличник Иванов – гвоздь. В то же время двоечники принесли утюги и кровати. А хулиганы Ибрагимов и Гулевский утащили со стройки новую батарею. Троян же и Драба на пункт сбора не вернулись, так как были задержаны при попытке разобрать трамвайные рельсы. Алла Григорьевна углубилась в чтение педагога Макаренко. Меж тем при сборе макулатуры обнаружилась та же тенденция. На этот раз директор детской библиотеки имени Емельяна Пугачева выразил Алле Григорьевне неудовольствие по поводу того, что Ибрагимов и Гулевский вынесли из библиотеки под свитерами полное собрание сочинений Льва Толстого, из которого затем Троян и Драба устроили костер на школьном дворе. Алла Григорьевна посмотрела в «Кинотеатре повторного фильма» киноленту «Путевка в жизнь», но это не разъяснило ее сомнений.
***
Ибрагимов и Гулевский
Синхризис
Ибрагимов и Гулевский были бескорыстными хулиганами. Ибрагимов сосредоточился на порче школьного имущества, а Гулевский на развенчании педагогики как таковой. Ибрагимов был силен, но добродушен. Внешне, если верить Историчке, он был похож на пещерного человека. К шестому классу он был уже не первой молодости. Гулевский же был ловок и увертлив, ростом он был высок, а усы носил с висячими концами. По мнению Исторички, он был похож на гуцула, а по мнению Эльвиры Савельевны, на соловья-разбойника. Это, впрочем, объяснялось тем, что он был лучшим свистуном в школе, в то время как Ибрагимов предпочитал свисту волчье вытье. Больше всего забавляло Ибрагимова и Гулевского то, что практиканты или новые учителя отбирали у них дневники. Ибрагимов сжевал свой дневник на плевательные пульки, а Гулевский изукрасил свой импровизациями на тему «замечания учителей». Конец карьеры обоих хулиганов тонет в апокрифах. Говорят, их и сейчас еще можно встретить в школьной уборной: по одной версии – в мужской, по другой – в женской, по третьей – в служебной. Иные утверждают, что они исправились: Ибрагимов стал директором гуманитарного лицея, а Гулевский получил MBA в Гарварде и работает топменеджером у Грефа.
***
Троян и Драба
Синхризис
Троян и Драба были злые хулиганы. Троян обижал маленьких, а Драба – девочек. Троян срывал кепки и шапки, а Драба грабил учеников при выходе из школы. Иногда они стояли у школьных дверей оба, и тогда отличники меж собой называли их Сциллой и Харибдой. Троян был румян и курчав, а Драба худ и бледен. Троян перерезал провода, а Драба перепилил батарею. Оба - и Троян, и Драба - были корыстны и обирали раздевалку. Троян угнал троллейбус с первоклассниками и доехал на нем до конечной остановки, где собирался приступить к грабежу. Но рабочие «Сельмаша» освободили детей, и Трояна взяли под стражу. Драба же был убит на дуэли Толстым Американцем, которого наняли родители старшеклассников, чтобы он прививал детям благородные манеры. Стрелялись на пистолетах, изготовленных братьями Толстопятовыми. Секундантом Драбы был школьный завхоз, секундантом Толстого – Якубович. По другим сведениям, Драба скрылся за границей.
***
В десятом классе второгодник Тынзин вернулся в школу из дома престарелых, который сгорел вследствие неосторожного обращения с электричеством.
***
У родителей старшеклассников был прискорбный обычай нанимать учителей танцев для эстетического воспитания юношей и девушек. Первый учитель был простолюдином. Он приезжал в школу «на колбасе» и сморкался без посредства носового платка. За эти склонности он был отвергнут. Вторым учителем был бывший дворянин Толстой Американец. Он имел отменные манеры и прекрасно танцевал, но водил школьников на ипподром, играл с ними в фараон, держал в спортзале борзых и подстрелил на дуэли хулигана Драбу, притом что последний отказался подойти к барьеру. Третьим учителем был разночинец Боголепов, фигурировавший в деле Веры Засулич. Он носил бороду, вел возвышенные разговоры о будущем России и всего человечества, но был неуклюж и при ходьбе сбивал стоящие на подоконнике горшки с фикусом и панданусом. От его услуг отказались, когда он отдавил ногу Лиде Голишниковой. В своем проступке Боголепов раскаялся, плакал и бил себя кулаком по лбу. Тем не менее он был уволен, и родители смирились с невозможностью дать детям должное эстетическое воспитание.

Из "Школьного Плутарха" Г.Г. Хазагерова, часть 2

Часть 2:
***
В восьмом классе второгодник Тынзин расторг брак и вышел на пенсию.
***
Близорукий отличник Иванов робко попросил Эльвиру Савельевну найти подлежащее в предложении «Спасибо, партия родная, за счастье быть с тобой в строю». Эльвира Савельевна ткнула указкой в слово «партия» и посоветовала Иванову протереть глаза. Тогда Иванов сказал, что слово «партия» не может быть подлежащим, так как является обращением, а значит, не является членом предложения вообще. Отличница Гершелевич, видя затруднение Эльвиры Савельевны и думая помочь учительнице, спросила ее, где в этом же предложении сказуемое. Эльвира Савельевна ударила ее по голове указкой.
***
Однажды отличник Иванов пришел в школу без сменной обуви. К несчастью, дежурными в тот день были Троян и Драба. Они обобрали Иванова и пытались закопать заживо на школьном дворе, чему воспрепятствовала Анна Афиногеновна. Однако Эльвира Савельевна записала в дневнике Иванова замечание: «Явился без сменной обуви!»
***
Учитель рисования по кличке Педагог крепко пил и заставлял школьников рисовать все только желтым карандашом, остальные он отбирал и уносил с собой. Так было до тех пор, пока он не отрезал ухо ученику пятого «б» класса Петухову, сказав: «Я так вижу». Его судили товарищеским судом и уволили из школы. «Что поделаешь, - сказал он Виктору Семеновичу, - я так видел». Виктор Семенович признался ему при расставании, что он и сам так видит.
***
[Spoiler (click to open)]Говорят, что школьный кот съел-таки худосочную отличницу первого класса Лиду Голишникову, и с тех пор законом установлено, что в школе нельзя держать животных, кроме рыбок в живом уголке. Одна из них – гуппик Ликург – жива до сих пор. В «Сравнительных жизнеописаниях» сказано буквально следующее: «Тимей принимает двух Ликургов, живших в Спарте в разное время, – одному из них предание приписывает то, что сделано обоими». Практикант Морж не смог уразуметь смысла этой фразы и был заперт за это Виктором Семеновичем в служебном туалете на два оборота.
***
Виктор Семенович был справедлив, но страдал приступами необузданного гнева. Однажды, бросив ученика на шведскую стенку, он, как признавал сам, сломал одно ребро и две рейки. Дальше, как говорят, произошло нечто чудесное. Педколлектив преследовал его, и он закрылся в железном сундуке трамвайно-троллейбусного управления, сданном на металлолом и долго стоявшем на школьном дворе. Это заметили, но открыть сундук долго не могли, потому что Виктор Семенович держал крышку изнутри. Когда же его открыли, Виктора Семеновича там не оказалось. Техничка школы сказала об этом так:
Сильно детей ненавидел Виктор Семенович, завуч.
Нету его в сундуке, нету и вне сундука.
***
Однажды практикант Морж вызвал к доске сразу двух учеников, забыв, что имеется всего один кусок мела. Недолго думая, он разгрыз его на глазах у класса, чем породил педагогическую ситуацию. Присутствующий на уроке Виктор Семенович громко назвал Моржа идиотом, чем только усугубил педагогическую ситуацию. Растерянный Морж пробормотал: «Вы сами такой», в результате чего педагогическая ситуация достигла, казалось, апогея. Однако Виктор Семенович еще более усугубил ее, сказав: «Ты бы еще сожрал мел». На это, потерявший контроль над педагогической ситуацией Морж пискнул Виктору Семеновичу: «Сам жри!» И вот тогда педагогическая ситуация действительно достигла максимума. В довершение ко всему Троян и Драба закрыли дверь со стороны коридора на стул, предоставив страстям бушевать в закрытом помещении. Ибрагимов же и Гулевский на этот раз солидаризировались с соперниками и исписали двери матерными ругательствами.
***
Хулигана Ибрагимова прикрепили к отличнице Гершелевич, чтобы она подтянула его по русскому языку, а хулигана Гулевскго, прикрепили к отличнику Иванову, чтобы он подтянул его по математике. Ибрагимов научил Гершелевич метать топор. А Гулевский подарил Иванову порнографическую карту – семерку пик.
***
Баба Паша и мадмуазель Фрагонар
Синхризис
Баба Паша и мадмуазель Фрагонар были техничками школы. Баба Паша была еще крепкой и имела железные зубы. А мадмуазель Фрагонар была худенькой и старой. До революции она преподавала французский язык в женской гимназии. У бабы Паши была швабра, а у мадмуазель Фрагонар – медный колокольчик, которым она давала звонки в те дни, когда Троян перерезал провода. За пределами раздевалки баба Паша относилась к школьникам хорошо. На раздевалке же нещадно била их шваброй, умягченной тряпкой, чем стимулировала скорость переодевания сменной обуви. Мадмуазель Фрагонар симпатизировала хулигану Ибрагимову, называя его bone sauvage, но не любила хулигана Драбу. К Гулевскому же и к Трояну была нейтральна. К бабе Паше благоволил Педагог (см. выше), а мадмуазель Фрагонар покровительствовал Толстой Американец. Он разговаривал с ней по-французски, а когда Драба привязал сзади к ее седым буколькам колокольчик, вызвал его на дуэль.
***
Кулягин и Сарделька.
Синхризис
Кулягин и Сарделька любили стихи. Но Кулягин был хулиганом-одиночкой, и о его любви к поэзии не знали ни педагогический коллектив, ни хулиганское сообщество. Сарделька же был известен всей школе благодаря своим активным бабушкам, которых у него в отличие от обычных людей было три. Все три сочиняли за него стихи, поддерживая его репутацию как школьного поэта: первая и наиболее успешная бабушка писала белые стихи, вторая – рифмованные, третья – верлибры. Зенит славы Сардельки настал, когда его принимали по телевизору в пионеры и он прочел поэму первой бабушки: «И вот сбылось мое заветное желанье. Я пионером стал страны своей советской». Зенит славы Кулягина настал тогда, когда Эльвира Савельевна с кривой усмешкой попросила его прочесть любимое стихотворение Пушкина. «Братья разбойники», - объявил Кулягин своим хриплым и картавым голосом. «Такого стихотворения нет», - сказала Эльвира Савельевна. Но Кулягин тем же клокочущим голосом начал:
Не стая воронов слеталась
На груду тлеющих костей,
На Волге ночью вкруг огней
Удалых шайка собиралась.
Класс замер. В глазах у Ибрагимова и Гулевского, справедливо соотнесших себя с «удалыми», стояли слезы. Троян и Драба остановились в коридоре. У Трояна выпала изо рта сигарета, а у Драбы – из кармана порнографическая карточка. Сарделька пожаловался бабушкам на неожиданный триумф соперника, но ни одна из них не сумела превзойти поэму Пушкина. Особенно жалки были попытки третьей бабушки.
***
В школе преподавали немецкий и английский язык. Французский из учеников знал только Кулягин, потому что его бабушка разговаривала при нем по-французски с его дедушкой, скрывая с помощью этого языка наиболее пикантные темы. Кулягин же в свою очередь скрывал от бабушки и дедушки то, что он усвоил. Однажды в школу приехала делегация кубинских революционеров. Испанского языка не знал вообще никто, поэтому Виктор Семенович, прослышав о возможностях Кулягина, поручил ему читать приветственное слово на французском. Сарделька пожаловался на соперника своим бабушкам. И те, объединив усилия, стали сочинять хорал, используя знакомые им испанские слова и выражения, как-то: «трабахадорос», «тореадор» и «кукарача», а также лозунг: «Куба – да, янки – нет». Но они не поспели к сроку. Поэтому на сцену актового зала поднялся Кулягин и с замечательным прононсом прочел короткое обращение и даже пропел какой-то куплет. Все молчали с должной серьезностью. И только техничка школы мадмуазель Фрагонар сказала бабе Паше: «Какой греховодник!»
***
Однажды Людмиле Борисовне поручили провести занятие по борьбе с суевериями. Она заставила класс остаться после шестого урока второй смены и сказала: «Ребята! Если вы ночью на кладбище встретите призрак, не бойтесь его, потому что это облако фосфоресцирующего газа, образовавшегося из обыкновенного мертвеца. А если он погонится за вами, то слово «погонится» надо взять в кавычки, потому что он просто придет в движение вследствие завихрения». «Кто «он»?» - тревожно спросила Голишникова. И у всех похолодело на сердце. Но Людмила Борисовна продолжала: «Если же он окликнет вас человеческим голосом, то вы должны знать, что у науки еще нет ответов на все вопросы. В ней есть белые пятна». Шестой класс был напуган сильно и домой все шли гурьбой, провожая друг друга. Пятна мерещились всем на каждом шагу. Однако последняя пара – Лисухина и Голишникова – никак не могли расстаться, потому что каждая боялась остаться одна. Их поймал ночью отряд народных дружинников и развел по домам.

Из "Школьного Плутарха" Г.Г. Хазагерова, часть 1

Часть 1:
***
В девятом классе закоренелый второгодник Тынзин был помещен в дом престарелых, где продолжал пить чернила, хотя вся страна давно перешла на шариковые авторучки.
***
Однажды Эльвира Савельевна вместо того, чтобы принести для изложения картину Левитана «Золотая осень» принесла картину Репина «Не ждали». Поняв свою ошибку, она через некоторое время заменила ее портретом Мусоргского, но не сумела этим спасти положение, так как портрет произвел на учеников гнетущее впечатление. Только Оловянникова получила положительную оценку, и та допустила стилистическую ошибку, написав «Эту кортину нарисовал Репин, лучший художник своей эпохи». Эльвира Савельевна сделала на полях запись красным шариком: «Стиль! Эпоха не может быть своей, она принадлежит многим людям. Следовало написать: «Илья Ефимович Репин норисовал эту кортину в эпоху, когда жил одноименный художник». Остальные ученики получили двойки за то, что картину Репина назвали «Приплыли».
***
Однажды Троян и Драба обшаривали карманы пальто на раздевалке и по ошибке залезли в карман к Татищеву. Раздавшийся взрыв потряс школьное здание настолько сильно, что доска почета свалилась на голову Ибрагимову и Гулевскому, которые в это время глумились над фотографиями отличников. Оба хулигана отреагировали на травму голов дурацким смехом. Трояну же и Драбе сделали перевязку в медпункте, где они похитили спирт и лейкопластырь, которым заклеили школьное пианино. Это было задолго до того, как пение начала вести бывшая работница госцирка (см. ниже).
***
Анна Афиногеновна и Лидия Леонидовна
Синхризис
[Spoiler (click to open)]Анна Афиногеновна и Лидия Леонидовна преподавали биологию. Анна Афиногеновна любила все живое, а Лидия Леонидовна – все мертвое. Анна Афиногеновна сначала преподавала физкультуру, а лишь потом ей поручили биологию, рассудив, что физкультура ближе к последнему предмету, чем другие школьные дисциплины. Лидия же Леонидовна с детства была юннатом-мичуринцем и сажала насекомых в морилки и душилки. Анна Афиногеновна носила короткую юбку и белую кофту с пальмами и обезьянами. Лидия же Леонидовна выглядела снизу, как синий чулок, а сверху, как серая мышь. Анна Афиногеновна была либералкой и доверяла ключ от живого уголка трем поджигателям – Сумятину, Мамедову и Сардарьяну, которые, впрочем, исправно кормили рыбок и вылечили птенца галки. Лидия Леонидовна преподавала в старших классах и в живой уголок была не вхожа. На урок она вешала картину, на которой Павлов, сжав кулаки, ненавидит идеалистов, и ставила на стол Чикина (см. ниже). Лидия Леонидовна придерживалась взглядов Трофима Денисовича Лысенко, чем и гордилась. Анна же Афиногеновна была абсолютно равнодушна к мичуринской биологии, а также к генетике и кибернетике. Взглядов не придерживалась.
***
Однажды Анне Афиногеновне выпало проводить в восьмом классе урок по теме «Размножение человека». К этой миссии она отнеслась с поразительным спокойствием, хотя и надела поверх кофты судейский свисток. Она вызвала к доске самую разбитную школьницу Ольгу Ч., которая еще в первом классе рассказывала непристойные анекдоты и, энергично просовывая карандаш в отверстие линейки, спрашивала, что это такое. Однако, поняв, что предмет служащий постоянным источником для намеков на протяжении всех восьми лет, явился наконец во всей своей серьезности, Ольга Ч. смутилась чрезвычайно и стала красной, как кирпич. Голос же ее совсем пропал. «Покажи, где семенник!» - ободрила Анна Афиногеновна. Но смущение уже овладело всем классом, и даже из Старцева невозможно было выжать слово «сперматозоид». «Завтра идем на пришкольный участок вскапывать грядки», - объявила Анна Михайловна, и весь класс благодарно грянул: «Ура!»
***
Татищев из седьмого «б» имел обыкновение разоблачать демонстрируемые учителями опыты. Он разорвал Магдебургские полушария, плюнув в Торричеллиеву пустоту. Кроме того, он не признавал ни закон Гука, ни закон Ома и дразнил физичку тем, что совал пальцы в разбитую розетку и надменно смеялся. Физичка объясняла его неуязвимость тем, что напряжение в школе составляло 127 вольт и пугала его скорым переходом на 220. Однако к тому времени, когда дали 220, Татищев был уже переведен в школу для дефективных детей, которую, впрочем, окончил с золотой медалью.
***
Рассказывают, что школа все-таки избавилась от Трояна и Драбы. Троян был заключен в тюрьму за угон ремонтного троллейбуса, в который предварительно загнал Лиду Голишникову и других учеников первого «а» класса. Драба же был убит на дуэли Толстым Американцем, которого богатые родители пригласили в школу в качестве учителя хороших манер (подробности см. ниже).
***
Троян и Драба терроризировали школу в течение шести лет, а Ибрагимов и Гулевский – семи. Это вызвало соперничество, которое однажды привело к открытому столкновению. Троян разбил о голову Ибрагимова фикус, а Драба метнул в Гулевского бюст Карла Маркса, который школьники прозвали Чикиным из-за сходства с учеником шестого «а», класса, носившим эту фамилию. Сходство основывалось на том, что Чикин был прыщав, а бюст был исковырен Ибрагимовым.
***
Однажды Людмила Борисовна по ошибке дала на четвертной контрольной уравнение четвертой степени. Дети не уложились в урок и просили дополнительное время. Так пришлось им просидеть до позднего вечера, причем девочки плакали, постоянно извлекая квадратные корни и возводя в квадрат, а хулиганы смеялись и плевались промокашкой. Отличник же Иванов открыл резольвенту Феррари и сошел с ума.
***
Однажды Людмила Борисовна по рассеянности привела в класс профессора мехмата. Он залез на шкаф, но никто не засмеялся, потому что всеми овладел страх. Оказывается, на шкафу он искал мел. Не найдя же его, он сказал: «Если нечто верно в одном случае, а при том, что оно верно в К случаях, и оно верно в К +1 случае, значит оно верно во всех случаях». Тогда Людмила Борисовна призналась, что они с профессором заблудились, потому что шли в математическую школу, а не в 4 класс «б». Девочки плакали, хулиганы плевались промокашками. А отличник Иванов окончил в этот день восьмилетку экстерном и поступил в математическую школу.