Леонид Блехер (leonid_b) wrote,
Леонид Блехер
leonid_b

Давно дело было

Когда-то, лет тридцать назад, я очень интересовался опросами методологии истории: как можно, и можно ли вообще, узнать, что же было, и как было, и почему и зачем. Времени прошло с тех пор много, и с тех пор я практически все забыл. Кроме известной фразы Ранке и некоего рассуждения, которое я сейчас попробую воспроизвести.

От кого я его услышал, или где прочел, я не помню. Я его с тех пор столько раз повторял и думал, что иногда воображаю, что я его сам изобрел.

Речь в нем шла о трех задачах историка , или точнее – о трех пространствах исторических изысканий.

Первое – это пространство фактов и вещей. В нем целью историка является установление того, что, где и когда произошло, при каких обстоятельствах и аксессуарах. Какие пушки стреляли, какой документ был подписан, что кто сказал и в каком порядке. Это пространство имеет наибольшее отношение к объективности (независимости от воли), насколько она возможна в мире людей.

Второе – это пространство мыслей, желаний, целей, мотивов и прочих представлений участников исторических событий. Т.е., описание того, что делалось в головах участников исторических событий и вообще истории. Это пространство описывается, скажем, у А.Я.Гуревича во многих его книгах. Мне лично, по складу ума и по обстоятельствам жизни, решение именно этой задачи наиболее интересно.

Третье пространство – это пространство смыслов того, что происходило. Это пространство отличается тем, что в нем живет только историк. В первых двух пространствах его присутствие не так уж необходимо, за него могут все сказать участники и очевидцы. Здесь же хозяйничает только он, историк.

Из этого деления много чего следует. Например, необходимость определенного рода дисциплины, правил перехода из одного пространства в другое. Или тот факт, что цель действия принадлежит второму пространству, а результат - третьему. А поскольку степень идеальности возрастает от первого пространства к третьему, то результат действия – более идеален, воздушен, чем цель его. Ну да, понятно, средства, обстоятельства, мотивы и цели фиксированы и не могут измениться, они принадлежат самому пространству (физическому и ментальному) действия, а вот результат только начинает существовать в то время, а потом он живет и живет до... До...

До чего? Покуда мы о нем можем что-то сказать?

Особенно меня поражает, что по мере уменьшения материальности растет реальность событий.

Я особенно симпатизирую тем историкам, которые сознательно или интуитивно, но четно разделяют эти пространства. Их легко читать и понимать.

В общем, такая фигня получается.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments