Леонид Блехер (leonid_b) wrote,
Леонид Блехер
leonid_b

Сказано в точку


М.Ю.Соколов о Самодуров-Ерофееве и ситуации вокруг:
.....................
Здесь простая дилемма. Либо хоть в какой-то мере сообразуйтесь с положительным правом и общественными приличиями и тогда хоть до посинения рисуйте черные квадраты, либо – не обессудьте. Наглое глумление над людьми – в чем суть вашего искусства – есть дело довольно-таки дьявольское, глумливая усмешка известно какому ангелу свойственна, и вряд ли стоит обижаться, когда люди в ответ на ваше подражание вашему отцу проявляют сильное недовольство.
Иное дело, что сама ст. 282 плохо годится для утверждения того очень важного принципа, что глумление есть дело дьявольское и предаваться ему не следует. Не годится, потому что статья, так, как она сформулирована законодателем, является всеподметающей. Дайте мне бл. Августина – я и его сейчас по этой статье проведу. При такой универсальности Ерофеев – Самодуров с Плуцером-Сарно завтра же и будут объявлены блаженными Августинами, взыскующими Града Божьего и за то от тоталитаризма умученными. Сдавать целевой аудитории эту козырную карту совершенно не следует, тем более что их отец как великий искусник был бы весьма рад глумливо поиграть еще и с мученическими венчиками.
Оправдывать кураторов, однако, хотелось бы еще менее, поскольку эффект будет очевиден: «Теперь – можно!» В смысле: можно все, никакое самое омерзительное глумление теперь не наказуемо и отныне возводится в ранг парадной добродетели. Как-то бы не хотелось.
Между тем выход из антиномии есть, и даже не очень сложный. Нежелательность уголовной кары для глумливых кураторов, так полюбивших больно тыкать людей в их болевые точки, никак не упраздняет права суда на оценочное суждение. В дореформенном русском праве существовала формула объявления кого-либо «заведомым ябедником» (что, например, исключало возможность последующего принятия от него судебных исков – мера, весьма уместная и для некоторых нынешних чиновников). Соответственно, оптимальным решением суда было бы вынесение Ерофееву и Самодурову общественного порицания в форме объявления их заведомыми пакостниками. Это, очевидно, исключало бы возможность их дальнейшего кормления за счет казны, если же какое частное лицо пожелает сотрудничать с заведомым пакостником, ему в том не будет препятствий. «Auf ihre eigene Gefahr», как говорят наши соседи немцы. Тот, кто, выполняя волю отца своего, настаивает на своем праве глумиться, это право сохранит, а звание ошельмованного пакостника – современного художника оно только украсит.
................
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 65 comments