Леонид Блехер (leonid_b) wrote,
Леонид Блехер
leonid_b

ОПК в школе: преподавание, учебники, ситуация

Из беседы диакона Андрея Кураева в Екатеринбурге:
.................................
В начале июля, распоряжением Патриарха Кирилла началась работа над школьным курсом “Основы православной культуры”. Это третья по счету попытка духовных пастырей прийти к детям.
Предыдущие окончились неудачей: против учебника Аллы Бородиной выступили общественные организации, а “учебник по истории религий” отвергли верующие и духовенство.
Корреспондент КП встретился с секретарем редакционного совета и председателем редколлегии протодьяконом Андреем Кураевым – поговорить о новом, еще ненаписанном учебнике, о Вере и о том, как донести ее до детей и не расплескать по дороге.

- Странная ситуация, почти 80% жителей нашей страны, во время последней переписи, самоидентифицировали себя православными. Почему же до сих пор, нет ни специального Курса, ни литературы, никто не знает толком – как учить этому детей?
- В копилке церковных преданий нет именно педагогического опыта… Тот опыт, который был в 19-м веке, нельзя переносить в 21 век. Да и в 19 веке он был беден. Достаточно сказать, что первый учебник Закона Божьего на русском языке был опубликован в 1867 году. До той поры Закон Божий преподавался по совершенно недетской книге под названием «Катехизис». Естественно, глупо считать, что первые варианты Закона Божьего, которые появились в конце 19 века, были удачными. Будь оно иначе – может, и революции не было бы… Ну, а после нее нас били по рукам за попытки диалога с детьми. Поэтому сейчас нам приходится самим учиться почти с нуля.

- Сейчас тоже самое. Люди называющие себя либералами, почему-то были первыми, кто начали бороться и с учебником и с Курсом. В суд подавали…
- Церковь сегодня оказывается в очень неудобном положении. В России действительно светское государство. И церковь и в самом деле отделена от государства. Но значительная часть общественного мнения считает, что мы - одна из башен Кремля. Получается, что не имея никаких плюсов властепредержания, мы получаем все его же минусы. Со стороны кажется, будто церковь хочет учить детей из одного лишь властного инстинкта и властного интереса… Это не так. Мы идем в школу не ради расширения нашего влияния, а ради самих детей. И страны как таковой. Для нас же войти в эту новую для Церкви область – огромная головная боль и проблемы. Я бы и сам этим не занимался, если бы не повеление от Патриарха. Мне гораздо проще и интереснее со студентами общаться, да с прихожанами в храме.

- Недоброжелатели заметят – жалуются, а идут!
- Если рассматривать в категориях бизнеса, это стратегические вложения, которые к нам, ко мне, к Патриарху Кириллу никогда не вернутся. Минусы и критику мы получим сразу. А смягчение общественного климата – лишь через поколение…

- Основной аргумент ваших противников - шаблон с которым сложно спорить: “Россия – многоконфессиональная и многонациональная страна”. Вы учтете этот аргумент?
- Сегодня нет жесткой связи национальности и конфессии. Татар-христиан гораздо больше, чем русских-мусульман. Мне знакомо множество православных азербайджанцев, евреев и так далее.
Но дело не в этих нюансах, а в том, что в 21 веке церковь не должна причинять боль. Я считаю, что задача номер 1, которая стоит перед нашим авторским коллективом – написать не-травмо-опасный учебник. Сделать его таким, чтобы он не мог бы превратиться в орудие камнеметания. Ни в чей адрес. Чтобы там был только позитив.

- Нет ли в этом противоречия? К первому учебнику Аллы Бородиной главные претензии, на основании которых был подан судебный иск, - описание распятия Христа, и указание национальной принадлежности тех, кто это сделал. И в истории христанства это обойти невозможно. Она вся состоит из борьбы и страданий.
- Есть и другая крайность: во втором по счету учебнике, его, кстати рекомендовало школам Министерство образования, вообще нет ни слова о распятии Христа.
Мне памятна следующая история. Некая бабушка заболела, не смогла пойти в храм и попросила внучка почитать ей из Евангелия рассказы о распятии Христа. И вот мальчик дошел до страницы, где сказано, как жители Иерусалима закричали «Распни! Распни его!». Тут бабушка встала из кресла, повернулась к иконам, перекрестилась и сказала: «Господи, спасибо Тебе, что ты не к нам, к русским, пришел! А то ведь какой позор на весь мир был бы!». На вопрос, кто распял Христа – единственно допустимый ответ – я. Мои грехи. Мы... Нельзя на кого-то показывать пальцем и услаждать себя мыслью о том, что мы бы не ошиблись, мы бы Христа избрали в Общественную палату… Христос пришел ради своего распятия… Он пришел, чтобы принести себя в жертву. Кто ж ему мог помешать? Об этом мы и будем говорить.

- Что скажут на это другие конфессии? А они обязательно что-то скажут.
- Я боюсь только одного – что мусульмане не успеют написать свой учебник. Я помню, как в 1991 году впервые подняли вопрос о взаимодействии со школой. И все с нетерпением и некоторым напрягом ждали выступления Адольфа Соломоновича Шаевича, главного раввина России. А он сказал, что очень хотел бы, чтобы Закон Божий был в школах России. Потому что для евреев принципиально важно, если они живут среди нормальных людей, с предсказуемой реакцией. А непредсказуем и потому опасен человек без внутреннего стержня. Вера же этот стержень дает. И мусульманские лидеры неоднократно говорили – «если русская церковь приоткроет дверь в школу, то и мы прошмыгнем туда». А мы и не собираемся закрывать дверь за своей спиной.

- Наверное, самый важный вопрос – со скольки лет будут читать этот Курс? Я так понимаю, что в первом классе – рано, а в одиннадцатом уже – уже поздно…
- Есть очевидный факт – малышам это жутко интересно. Восприятие ребенка – восприятие мира волшебного. Мира, полного чудес. И поэтому на его душу, сознание и подсознание все это ложится очень хорошо. Поэтому мы будем работать с малышами. Но, наверно, ограничимся только 4 классом.

- Они еще не прониклись в этом возрасте таким цинизмом подростковым…
- Да, а потом я намерен трусливо дезертировать – подальше от жертв пубертата. Чтобы вернуться к детям, когда они подрастут. В 10 классе (в 11 классе надо снова отойти от них ибо все их мысли будут о ЕГЭ).

- Библия непростая книга, сейчас она выглядит очень архаично. Как ее «подать» современным детям?
- Я пока вижу свою задачу не в том, чтобы загрузить детей знаниями и информацией о том, как развивались библейские сюжеты… Впрочем, это лишь моя точка зрения, пока редколлегия еще не собиралась… Я даже не вижу необходимости излагать полностью Евангелие детям. Достаточно нескольких эпизодов, сюжетов. Если человек почувствует, что ему это интересно и нужно, он сам найдет и прочитает. А запоминать имена всех Апостолов, или где и когда Христос какое чудо совершил… Мне кажется, это излишне.
Сейчас не смогу сказать, в каком формате будет преподаваться этот предмет в школе. Исходя из того, что общественного консенсуса пока нет, будем готовиться к минимуму. Мы попробуем написать учебники, показать их обществу, специалистам, педагогам, детям… А затем мы услышим отклики специалистов и нам скажут: «Это же интересно! Мы-то думали, что это будет сухой Закон Божий! А это интересно и полезно даже для нерелигиозных детей!». Если нам так скажут люди из Министерства, то, может, и статус нашего предмета повысится в их восприятии. И тогда мы уже под эти новые требования будем готовы переписать нашу заготовку. Пока мы исходим из того, что пишем факультативный курс. Мы будем обращаться к детям, которых не загоняют на эти уроки. Но это будет курс по выбору. На каком-нибудь третьем уроке ученикам предлагается выбор и они могут разойтись по разным классам. Кто-то будет изучать уроки светской этики, для кого-то урок православной, для кого-то – исламской культуры. Но не так: шестой урок кончился, теперь желающие могут остаться с батюшкой, остальные – бегите к телеку.

- И все с гиканьем поскачут прочь из школы…
- Что важно: никаких батюшек в нашем курсе не предусматривается. Вести должны будут светские педагоги, а не батюшки.

- Я боюсь этого. И многие верующие бояться, что курс будут читать загнаные жизнью и замученные преподаватели. И в итоге, ребенок получит не интерес, а отторжение.
- Этот аргумент касается любого предмета. Ну, физику тоже не Гинзбурги преподают! Но если мы хотим чтобы появился один Ростропович, мы должны открыть сотни музыкальных школ! В этих условиях многое зависит от учебника и литературы его сопровождающей, видео и компьютерных материалов. Они должны быть настолько «вкусными», чтобы влюбить педагога в поначалу чужой для него материал. И чтобы ребенок мог сам идти дальше, как в интернет-тексте, по гиперссылкам. Чтобы он сам искал: что еще посмотреть и почитать?

- Когда мы увидим ваш учебник?
- Полагаю, что меньше чем в три года мы не уложимся.

- Я думал, что к первому сентября…
- Мы не на гражданской войне. Атака конной армии не предвидится.

.......................
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments