February 1st, 2010

Ку-ку!


Рассказывает Олег Проскурин:
......................
Летом 1992 года юзер [info]nikita_spv затащил меня на «международную пушкинскую конференцию» в Твери. Среди ее участников оказалась молодая переводчица (и, кажется, исследовательница) Пушкина из Южной Кореи. Она была очень мила и очень привлекательна, чем в немалой степени объясняется живой интерес, проявленный к ней отечественными пушкинистами, в частности Вадимом Эразмовичем Вацуро. Зашел разговор о том, что побудило ее выучить русский язык и начать переводить Пушкина. Корейская пушкинистка сказала, что русская литература вообще и Пушкин в частности были очень важны для всего ее поколения:

- Русская литература для нас была как глоток свободы. Она была тогда в Корее под запретом. Мы передавали друг другу самиздатские переводы запрещенных писателей, а потом тайно собирались по вечерам и обсуждали прочитанное. Это, конечно, было рискованно. Можно было вылететь из университета, а то и попасть под арест.

Слушатели кивали с пониманием:

- И что же читалось и обсуждалось на этих встречах?

- В первую очередь - «Разгром» Фадеева, «Как закалялась сталь» Островского, «Поднятая целина» Шолохова... Ну, и поэзия Пушкина. А самым большим успехом пользовалась «Мать» Максима Горького...

Потрясение. Пауза, затем новый вопрос:

- Так что, вся русская литература была запрещена?

- Нет, кое-что переводили, печатали и даже заставляли изучать в школе и в университетах. Но мы считали, что это очень тенденциозный подбор. Что самое главное, самое важное и самое интересное от молодежи скрывают. Из классики 19 века изучался в основном Достоевский. А из двадцатого - «Доктор Живаго», «Один день Ивана Денисовича» и «Архипелаг ГУЛАГ».

Немая сцена.

***
Уличные столкновения южнокорейского студенчества с полицией в начале 1980-х годов постоянно демонстрировались программой «Время», вызывая у советского народа единодушную реакцию: «С жиру бесятся!»

В Южной Корее роман «Мать» и сейчас входит с в
список 200 лучших произведений мировой литературы
.....................

Хорошая история, а? И история про старую добрую трахтистку Ванессу Редгрейв  тоже очень хороша, но эта, про запрещённую литературу, моему сердцу самиздатчика милее.

Меня скручивает от зависти


(via o_proskurin )

.............
Что же читает современный корейский горожанин? Если говорить о художественной литературе, то в семидесятые годы наибольшей популярностью пользовались книги серьезные, посвященные философским вопросам человеческого бытия. Показательно, что это было время увлечения классической русской литературой, влияние которой в те годы достигло пика. В восьмидесятые демократизация и смягчение цензурных ограничений привели к расцвету политического и политико-исторического романа. Роман этот в Южной Корее носил (и обычно носит до сих пор) левый, часто - даже прокоммунистический характер. Героями книг нередко становились организаторы забастовок или партизаны-коммунисты времен Корейской войны, которых изображали героями, "рыцарями без страха и упрека". Типичный пример подобного произведения - многотомная эпопея Чо Чон Нэ "Хребет Тхэбэк", выдержавшая за последнее десятилетие более 100 изданий. Разумеется, подобные книги вызывали скрежет зубовный у консервативной части истэблишмента, но они пользовались немалым коммерческим успехом (недавний "запретный плод" сладок), так что освободившиеся от цензурного контроля издательства выпускали их весьма охотно и делали на них немалые деньги.
    В девяностые годы крах системы социализма и деполитизация, деидеологизация корейского общества привели к тому, что интерес к этим произведениям, да и к серьезной литературе вообще, существенно снизился. Пришла эпоха развлекательного романа, наступило время легкого чтения. Настоящая, "высокая" литература тоже во многом переориентировалась с проблем общества на вопросы индивидуальной жизни и внутреннего мира человека.
    Собственно развлекательная литература в Корее, то есть, так сказать, "низкие жанры", представлена в основном переводными американскими изданиями. Среди развлекательных жанров господствует детектив, как уголовный, так и шпионско-политический. Хотя в Корее и существует своя традиция детектива, но подавляющее большинство предпочитает переводы книг западных авторов. Относится это и ко всякого рода триллерам и приключенческой литературе, а также к фантастике. Популярность научной фантастики в Корее вообще заметно ниже, чем в России или странах Запада. Если же говорить о модном в последние годы жанре волшебной фантастики ("фэнтэзи"), то он в Корее вообще пребывает где-то на задворках книжного рынка. В то же время, в стране есть миллионы домохозяек, которые образуют едва ли не единственную группу взрослого населения, обладающую свободным временем. Они создают благоприятную почву для распространения здесь "дамского" любовного романа, да и многие произведения "серьезной" литературы пишутся женщинами и для женщин.
    Одна из особенностей Кореи заключается в том, что среди местной читающей публики весьма популярны всяческие документальные и полудокументальные произведения: эссе, научно-популярные издания, путевые очерки, мемуары. Они в Корее среди массового читателя не уступают собственно художественной литературе. Значительную часть подобных изданий составляют переводы, так что почти все заметные западные работы, посвященные истории, политике, экономике, философии появляются на корейском рынке очень скоро после их выхода в оригинале.
    Корейцы в целом неплохо знакомы с мировой литературой, хотя ее восприятие - подбор книг для перевода, авторитет того или иного писателя - в целом отражает американские оценки и традиции, во многом отличные от тех, к которым привык русский читатель. С этим связано и хорошее знание корейцами американской и вообще англоязычной литературы, в то время как писателям других стран уделяется заметно меньше внимания. Впрочем, некоторые из традиционных культурных связей оказывают свое влияние, и, например, китайский исторический роман, как классический, так и современный, очень любим корейцами. Быстро растет в последние годы и интерес к японской литературе.
    Русская литература проникла в Корею еще в колониальный период (во вторичных переводах с японского или, реже, английского) и пользовалась, особенно в шестидесятые и семидесятые годы, немалой популярностью. В последнюю пару десятилетий уменьшение интереса к серьезной литературе привело к тому, что популярность русских авторов несколько снизилась, но она, все равно, остается достаточно высокой (президент Ким Тэ Чжун, например, считает своими любимыми авторами Достоевского и Чехова, которых он в свое время читал в тюрьме). О том, какие произведения русской литературы корейцы знают лучше всего, можно судить по популярному здесь справочнику "200 лучших произведений мировой литературы". Русская словесность в нем представлена 5 названиями: "Братья Карамазовы", "Отцы и дети", "Анна Каренина", "Мать" и "Дама с собачкой". Почему-то не попало туда, правда, "Преступление и наказание", которое, как показывает мой опыт, также очень популярно в Корее.
    И в заключение - опять статистика. В 1996 году средний житель Кореи прочел 16,1 книги. Даже если учесть, что статистика включает в число книг и учебные пособия, и "толстые" журналы, это всё равно немало.

........................

Мать! Что тут скажешь ещё?

Долгая дорога


За что я особенно люблю и уважаю Борю Жукова - за то, что с ним можно разговаривать долго и обстоятельно, без ущерба для эмоциональности и даже некоторой хорошей злобности.

Вот пример.