Леонид Блехер (leonid_b) wrote,
Леонид Блехер
leonid_b

В единую Европу

Из рассказа о том, как это было в прошлый раз ("Войска СС в действии", Пауль Хауссер):
..........
... именно в войсках СС впервые в истории воплотилась идея «Единой Европы», идея о том, что европейские нации тесно связаны между собой узами, которые никогда не должны разорваться... (из предисловия, которое написал Гейнц Гудериан - Л.Б.).
..........
Существование внутренне укрепленной и вооруженной Германии перед войной постоянно ставилось под угрозу расширением советской сферы влияния на Запад. То, что большевистское руководство упорно преследовало свои цели, уже упомянуто выше. Начало военных действий в 1941 году, однако, означало с самого начала решающее сражение, которое при поражении обязательно привело бы к возможности красного наводнения в Европе. Война на Востоке поэтому не должна была и не могла рассматриваться как нечто иное.
..........
Добровольцы из почти всех европейских наций, которые вскоре участвовали в этом конфликте в рамках собственных и немецких — впоследствии в рамках частей СС (французы, бельгийцы, голландцы, швейцарцы, испанцы, датчане, норвежцы, шведы, финны, эстонцы, латыши, болгары, румыны, хорваты, сербы, албанцы, итальянцы, представители различных народов России, такие как украинцы, кавказцы, а также индийцы), доказали, что победа над большевизмом рассматривалась как общая задача.
..........
Сами добровольцы своим поведением и высказываниями никогда не делали тайны из того, что они воевали только лишь, чтобы предотвратить большевизм.
..........
Последовательное изменение представления о «Великой Германии» или «Рейхе» до концепции единого союза государств Европы проходило медленно, но постоянно.
..........
«…Воля фюрера состоит в том, чтобы, после победоносного завершения этой судьбоносной борьбы, на принципах свободы и независимости построить национальную и социалистическую Норвегию, которая отдаст европейскому сообществу лишь те полномочия на высшем уровне, которые необходимы для безопасности Европы, поскольку лишь сообщество может быть и будет носителем и гарантом этой безопасности» (из записки оберштурмбаннфюрера СС Рихарда Шульце норвежским добровольцам от А.Гитлера).
..........
Культурное самосознание европейской семьи народов нашло отражение во впервые включенном в воспитательную программу военной школы эстетическом воспитании». Включение в военную образовательную программу для офицеров часов духовного воспитания и введения в мир европейского искусства, «эстетических часов», было давно взлелеянным желанием одного из последних командиров юнкерского училища СС в Бад-Тёльце, уже названного выше штандартенфюрера СС Клингенберга. Сам Клингенберг показал себя не только образцовым солдатом в своей дерзкой атаке на Белград и, позже, в своих боях в России, но был при этом эстетически очень развитым человеком. Когда он требовал «воспитания эстетики во всем», то не только из соображений образования, но и в качестве значительного средства формирования зрелой личности будущих офицеров. Для него было очевидно, что самый верный и глубокий способ сплочения европейских добровольцев, наряду с солдатской жертвенностью и товариществом, — это создание культурной общности.
Никакая «логика» и никакая политическая необходимость не мотивировала так сильно, как глубокое переживание европейской культуры и тех вкладов, которые внесли в нее отдельные нации.
.........
О широте образования говорит также то, что в библиотеках юнкерских училищ СС имелись книги, которые были запрещены в Германии. К ним относились, помимо прочих, и труды Конрада Гейдена «Гитлер — жизнь диктатора», Георга Александера «Миф Гитлера», работы Маркса, Энгельса, Ленина и др.
Уникальным для Германии было то, что здесь, наряду с флагом со свастикой, вывешивались флаги всех европейских наций, даже триколор, поднятие которого было везде запрещено. Французские добровольцы продолжали носить свои ордена, добытые еще во время боев 1940 года против Германии. В другом учебном подразделении бывшие служащие голландской армии лежали рядом с солдатами полка СС «Фюрер», с которым они сражались еще в 1940 году у Греббеберга.
.........
Определенные военные круги союзников, а также некоторые группы некомбатантов, приписанных к американским частям, успешно умели давать понять добровольным борцам против большевизма — как немецкого, так и не немецкого происхождения, что их борьба против советского народа должна рассматриваться как преступление.
История последних лет доказала уже их неправоту.
.........
Тот, кто сегодня, сам не испытав это на себе, хочет понять, что побуждало тогда европейских добровольцев сражаться под «немецкими» знаменами, должен знать, что знамена войск СС уже не были «немецкими», они стали европейскими знаменами, первыми европейскими знаменами, которые тогда начали поднимать. Таким образом, открывается истина, которая скрыта от глаз посторонних, даже от многих наших братьев по оружию, даже от некоторых твердолобых немецких представителей войск СС: европейские добровольцы были не только привязанными к своей Родине патриотами, но тем самым стали и первыми патриотами единого обширного сообщества, ибо они первыми постепенно научились думать об интересах, выходящих за рамки их собственных стран.
.........
Когда же началась война Германии с Россией, мы, кажется, были единственными в своих народах, кто понял, что это могло быть только началом большого, решающего столкновения Европы с большевизмом и что в нем Европа выступала разрозненно, а не едино. Что было очевиднее, чем идея заставить немцев дать побежденным до этого народам всю мыслимую свободу, чтобы заполучить их для общей борьбы? В вопросе немедленного освобождения военнопленных, которое было проведено в разных местах с беспримерным благородством, Германия прислушалась к нашим голосам. Поэтому можно было надеяться на то, что впоследствии возникнет и Новая Европа.
.........
Чтобы понять невероятное воодушевление, которое вызвала эта программа в наших рядах, нужно также иметь представление о том воздухе, которым мы тогда дышали. Мы, которые знали лишь выдохшуюся атмосферу национальных государств, занимавшихся лишь производством и перераспределением, и всегда жаловались на то, что наши народы отодвинуты на задний план и отреклись от своей роли в истории, вдруг увидели перед собой задачу, которой могли посвятить всю нашу любовь и всю нашу силу: создание действительно обширной империи, которая лишь одна могла соответствовать социальным, политическим и духовным потребностям Европы. И поэтому мы бросились в объятия «Германии», мы побежали в явочные пункты и с невероятной гордостью надевали военный мундир, чтобы своей кровью и жизнью сделать возможным то, что было действительно нашей целью — новая, обращенная в будущее Европа.
(Из текста одного голландского добровольца, Хауссер его цитирует - Л.Б.)
..........
Сам Хауссер - это один из главных создателей Ваффен-СС. В основном он воевал на Восточном фронте, т.е., в России.

Конечно, ничего не говорит о том, что в этот раз объединение Европы будет таким кровавым для России (говорю это без всякой иронии).

Меня в книге, собственно, поразили до глубины души не немцы, а именно общеевропейские идейные добровольцы. В первой части этой книги (ссылку я дал на вторую часть, хауссеровскую, а читал я обе части) написанной историком Константином Залесским, довольно подробно рассказывается о руководителях многих национальных частей Ваффен-СС. Я лучше стал понимать всю идейность и принципиальность этих добровольцев, которых перечисляет Хауссер. Огонь, горящий в их душах...

Они такие были в немецких войсках особые. Остальных призвали. А эти пришли сами.

И я теперь, как читаю каких-нибудь современных борцов с большевизмом, невольно думаю - а пошли бы они, будь такая возможность, в Ваффен-СС?

Что-то в этом неназываемо жуткое.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 157 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →